Второй конкурс игровых ситуаций
День Честности
[Siberys]
источник

Кацарапуса XV министры всегда считали несколько чудаковатым королем. Вернее сказать – придурковатым. А если сказать еще вернее – министры считали Кацарапуса полным идиотом. Чем активно пользовались, в своих целях. Однако, такой выходки от короля не ожидал никто…

— Господин Рукохват, любезный, передайте мне, пожалуйста, маринованную рыбу, если Вас не затруднит. Спасибо.
Макреций Рукохват, министр финансов, с отвращением смахнул со лба жирную, зеленую муху. Король, увидев это, весело рассмеялся:
— Не бойтесь, Макреций – она не кусается. Это самая обычная навозная муха, предпочитает обитать в выгребных ямах и прочих, не менее приятных местах. И чего это она забыла у Вас на лбу? Остальные министры расхохотались…

Обычно все происходило очень просто. Король издавал указ, министры переделывали его так, как им было удобно, и отдавали Главному Глашатаю. Если дело касалось каких-то расходов из казны – министры выводили нужную цифру, после чего делили деньги между собой. Такое положение дел позволило им жить припеваючи уже в течение нескольких лет, а все усилия, которые потребовалось приложить – свелись к тому, чтобы максимально ограничить контакты короля с населением. Если он выезжал куда-то в народ – собирали «своих» людей, которым объясняли, что именно должен услышать Кацарапус от благодарных подданных. Приходящие во дворец просители, встречались с королевским советником, а к королю, опять же, допускались только «свои».

— Господин Тыркинс, дружище, разлейте нам вина, пожалуйста. К сожалению, я не мог позвать сюда официантов – здесь так грязно, а они же всегда такие аккуратные, в белых рубашках. Ну, ничего, друзья, мы ведь и сами можем за собой поухаживать, правда?
Нестройный хор унылых голосов подтвердил слова короля.

Очень хорошо получилось с праздниками. Оказалось, что на них могут неплохо зарабатывать очень многие. Для начала, министр культуры ввел очень много разных «дней»: «трезвости», «красоты», «памяти пострадавших под колесами проезжающей телеги» и прочих. Естественно, часть денег от «предпраздничной» прибыли благодарные торговцы, получающие в эти дни утроенный доход, отдавали ему.
Далее подсуетился министр культуры, который перед каждым таким праздником заявлял бюджет на «развлекательные мероприятия» из которого на мероприятия тратилась хорошо если половина.
Объясню проще: денег бралось столько, что хватило бы на карнавальное шествие с огромными платформами, красивыми танцовщицами и музыкантами, а в результате, в большинстве населенных пунктов, люди смотрели на пьяных клоунов, уныло жонглирующих картофелинами или бутафорскими ножами (в городах покрупнее). Единственное место где хоть на что-то стоило посмотреть – Королевская площадь, перед дворцом. Туда, к клоунам, пригоняли пару музыкантов из ближайших кабаков и какого-то мужика, наряженного в медведя. Это чтобы король видел, что деньги потрачены не зря.
Министр обороны, в свою очередь, требовал усиления охраны городов в дни мероприятий, для чего нужно было повышенное жалование, для которого нужны были деньги из казны, ну и так далее…
Короче, понемногу перепадало всем. Этого «понемногу» уже хватило на то, чтобы обеспечить министров, их родственников, их домашних животных и родственников их домашних животных так, чтобы они могли позволить себе жить, не вспоминая о таких мелочах как материальные ценности, и обращать больше внимания на духовные.

— Господин советник, уважаемый Зубощелк, ну помогите же Тыркинсу, видите, его уже по пояс засосало! Видимо, кресло господина Рукохвата стоит рядом с трясиной, вот Тыркинс и оступился…

В этот раз король сумел удивить своих министров. Приближался «День Честности», введенный министром культуры совсем недавно и король, зачем-то, решил его отметить. Самым удивительным было не это (хотя король, в общем-то, не был большим любителем праздников). Всех министров ввел в ступор тот факт, что празднование этого самого «Дня Честности» будет проходить на каком-то вонючем болоте, в километре от Столицы! Министры, было, удивились – потом решили что чем сильнее король сошел с ума, тем проще им будет налаживать свое материальное положение, и согласились.
Так что сегодня, в День Честности, на вонючем болоте, вдали от пьяных клоунов, музыкантов и дворца, за длинным, накрытым белой (в пятнах от еды сверху и в болотном иле снизу) скатертью, столом король Кацарапус XV со всеми своими министрами, личным советником и начальником Королевской стражи.
Про последнего, кстати, думали что его не пригласят – неделю назад его подчиненные каким-то непонятным образом (на самом деле, им стало жарко и они отошли от ворот под тенистый навес) просмотрели маленького мальчишку, вбежавшего во дворец. Пацан был таким наглым и ловким, что, бросившиеся его искать стражники и слуги не могли его найти до тех пор, пока король лично не вывел его за ухо из своих покоев. Однако, господин Кивок был здесь, что еще раз подчеркивало чрезмерную доброту монарха.
Немного поодаль, на твердой сухой земле, покрытой зеленой травой, был устроен скромный пикник для охранников, сопровождающих высших лиц государства.

К великому облегчению собравшихся, «пир» подходил к концу. Все что не упало в грязь, не было покрыто каким-то мусором или муравьями, было съедено, и все что не было разлито несчастным господином Тыркинсом, пытавшемся сейчас хоть как-то отчиститься от грязи, было выпито. Министры уж было начали собираться, когда король решил сказать «заключительное слово».
— Друзья мои! Король оглядел сидящих за столом: — Понравился ли вам пир? «Друзья» засмущались. С одной стороны, сказать королю что после этого «пира» придется месяц отмываться и отстирываться, никто не решался. С другой – сказать что он понравился?! На такую чудовищную ложь не могли пойти даже министры. Но король, решил помочь им сделать правильный выбор:
— Лично мне этот пир не понравился! В этой грязи, в этом болоте… Министры одобрительно закивали. – Мухи, комары, вонь. Гадко, противно все получилось! Министры согласно загудели.
— Вот так же гадко и противно, дорогие мои друзья, жить в том болоте, в которое вы превратили мое королевство! Я не желаю сейчас выслушивать ваши объяснения, возражения и оправдания спокойным, несмотря на возгласы министров, голосом, продолжил король. Мне не нужны ваши заверения в верности, раскаянии или в чем вы там еще попытаетесь меня заверить. Не надо.
Я просто хотел сообщить вам, господа, что вы должны, в качестве компенсации за все украденное, отдать в казну половину от всех своих капиталов. Естественно, капиталы ваши будут подсчитаны независимыми экспертами – недобро улыбнулся король.
— Да, да, господа, не надо шуметь – половина, это очень, очень мягкое наказание. Вы ведь убеждали меня в том, что народ называет меня Кацарапусом Добрейшим, скромно – видимо не желая меня травмировать, умалчивая что никто и не называет меня иначе как Кацарапусом Идиотом!
Надо признать, они правы, никак иначе меня и не прозовешь. Ну, ничего, отныне все будет не так!
Господа, я хочу чтобы вы запомнили одну простую вещь: если еще раз я услышу что половина налогов просто не доходит до казны (король посмотрел на министра финансов), деньги разворовываются на личные нужды (король перевел взгляд на казначея), а с торговцев постоянно собираются всевозможные поборы ( — на министра торговли) или что-то еще подобное (король скользнул взглядом по остальным министрам) и узнаю я это от мальчишки забежавшего во дворец (король посмотрел в упор на сидевшего рядом советника и тому стало плохо), я, господа, поселю вас всех на этом самом болоте и заставлю питаться именно тем, от чего вы сегодня весь день отмахивались, отряхивались и оттирались. Надеюсь, меня все поняли? Вот и отлично. Можете собираться.

Пир по случаю Дня Честности удался на славу.

© Siberys