Второй конкурс квент
Ургурбур Камнекрошитель
[Radaghast Kary]
источник

Какого чёрта, в два часа ночи?! Драконы и хромые крокодилы!! А ну хватит стучать, сейчас кому-то руки поотрываю, жабам скормлю! Что? День на дворе? Что за глупость — какой двор в подземном царстве? И какой «день»? Тут всегда ночь… Ладно, ладно, слышу, если Дарин зовёт, уже иду. Поспать не дадут… Видят же, что сушняк, что аж борода горит, тут или выпить надо, или выспаться… Эх, не суждено, видать.

В детстве я был позором своей семьи. Меня не любили приятели и не воспитывали родители, а друзей и вовсе не было, драконы и хромые крокодилы! Я умудрился родиться без инфразрения, единственный в клане, представляешь ты или нет?! И когда все остальные дварфы учились стрелять по мишеням, я ещё наощупь искал свой арбалет, который от меня прятали, боясь лишних жертв. Как я тогда хотел доказать им всем! Как я рвался вперёд, как стремился достичь чего-то, чтоб все сказали: ай да Ургурбур, ай да драконы и хромые крокодилы! Рваться-то вперёд я рвался, да очень трудно, знаешь ли ты, ежли нифига не понимаешь, где вперёд, а где вовсе даже и взад. Но я выжил! Выжил, вопреки всему и всем. Ешьте!

Так, встать получилось, уже хорошо, где тут ведро? Во-от оно, готовое, целое ведро чистой холодной воды… воняет чем-то, ну да ладно… половину выпить, половину на голову вылить. Эх, хорошо, прояснилась голова! Нащупать сапоги, поднять — а сапоги у меня такие, что не каждый поднимет, каменные, да ещё и с лезвиями, раритет! — зашнуровать вокруг каждой ноги. Совсем другое дело! Панцирь кожаный, бороду не прищемить — ишь, разрослась, как пальма на навозе! — застегнуть, затянуть все ремешки… Да иду, иду, что вы, глухие, что ли?! Или голого меня там ждут? То-то. Поутихли хоть немного.

Нет, они хорошо со мной обращались, помогали, то-сё. Со свечкой ходить разрешали, да только что это за житьё — со свечкой-то? Жабам на смех! Все над тобой смеются, а ты и в глаз засветить не могёшь — пламень издохнет. Но потом научился, насобачился, главное — вдоль стенки идти и как можно быстрей, тогда и путь не потеряешь, и остальные с дороги убираются. Но самое весёлое было, когда я первый раз в патруле шёл — на нас орки напали, да столько, что у остальных молодых бороды затряслись и они дёру дали, остался только ветеран один, Глумдин Одноглазый, да я. Мне что один орк, что триста — одна борода не вижу ни хрена. Ух, и битва тогда была, до сих пор как вспомню, трезвею, драконы и хромые крокодилы! Уж мы их душили-душили… Помощь подоспела, нас не бросили, отогнали зеленож..ых, да позору было на все семь царств. Шутка ли: в бою только двое не сбежали, да и у тех один глаз на двоих! Глумдин, как мы в госпитале отлёживались, мне молот свой обещал подарить, а молот-то у него тоже не бородой деланый, а от деда полученный. Ещё рассказывал мне много легенд старых про всяких героев дварфских, он у нас много такого добра знает, он в клане самый главный барабанщик — даже у ельфов таких нетути! Ну, были там и про тех, значит, героев, которые дракона одним ударом напополам рубили, и про тех, что в одиночку против трёхсот тыщ великанов стояли, и про тоннельных бойцов, что по потолкам бегали, врагов исподтишка резали да у них мифрил тырили, и была одна, что мне особо понравилась: про страшного воина Клоена, который всего себя в такие жуткие доспехи одевал и столько оружия на себя цеплял, что смотреть на него страшно было: кто посмотрит — враз брык и только борода набок! И будто когда в бой шёл тот Клоен, он повязку особую одевал на глаза, чтоб самому тоже себя не увидать случаем да не обделаться. Ну, тогда я и решил, что тож так хочу.

С панцирем всё готово, теперь наплечники шипастые защёлкнуть, ошейник, наручи, наколенники, всё ядом смазано, отточено так что и не прикасайся! Теперь самое трудное — на конец бороды ядро шипастое привесить. Сам придумал! Такого даже Глумдин не помнил, ну да теперь и он в песнях про древних героев этот мотив подхватил. Даже завираться стал порой — давеча спел, как, «в бою потерявши и руки и ноги, дополз дварф, слабея, до подлых врагов, схватил бородою мордакст свой железный и быстро лишил супостатов голов!» Да, тяжела, видать, работа сказителя, коли пятьсот лет уж ему отметили. Готово, держится ядро, теперь шлем, тоже с шипами и лезвием на конце, все ремни затянуть надо, а то шею свернуть недолго. Шипованые рукавицы — настоящие, ежовые, на заказ делали! Горсть мухоморов в рот отправить — для ясности ума. Меня в бой только в одиночку пускают, чтоб своих, значит, не пришиб ненароком. Показывают только, в какую сторону идти, а дальше я уж по нюху. Пусть я и не вижу врагов, но слышу, как трещат их кости!

Ну всё, теперь молоты в руки — и я готов. Готов я, слышите вы или нет? Рррразойдись, ребята! ИДУ!! Так, что такое? Дверь забыл открыть? Драконы и хромые крокодилы! Ладно, потом на место повешу. Ну, куда идти кого учить?

© Radaghast Kary