Второй конкурс квент
Лючия Кьяллентини
[Анри Жуайез]
источник

Да будет Теус мне свидетелем, я никогда не выбирала легких путей! Когда мне было еще девять лет, я закатила отцу скандал, объявив, что желаю обучаться в Серине, на острове Вестини. Отец жутко выпорол меня, но в конце-концов послал на Вестини.

Приехав туда, я не столько интересовалась нитями и узлами судьбы, сколько образованием, которое в остальных городах доступно только куртизанкам, но здесь и благородные девушки переодеваются в платье куртизанок и сидят в библиотеках.

Позже мне и это наскучило, и я попросила одного молодого синьора, не знавшего, что я ведьма, научить меня драться. Правда, за это мне пришлось переспать с ним, и не раз. В принципе, мне понравилась такая жизнь вдали от своего отца-шовиниста.

Через некоторое время Антонио (а именно так звали моего любовника) наскучил мне, и я натравила его на одного знаменитого в городе дуэлянта — синьора Винченцо Легонни.

Когда Антонио, к моей превеликой досаде, укокошил этого Легонни, я решила сама убить Антонио. Правда, открыто это было сделать невозможно, и поэтому я его отравила. Яд, кстати, сделала собственноручно, по книжке из библиотеки. Не из городской библиотеки конечно же, а из частной. Книжку я украла.

Так вот, убив Антонио, я решила, что его труп стоит увезти подальше из города и приказала одному гондольеру отвезти меня из города; с мешком, в котором был Антонио. Он сначала не хотел, но я сказала ему, что я ведьма и посмотрела на него так зловеще, что он согласился. Его я убила, как только он вырыл яму для Антонио. Все-таки, яд на лезвии кинжала — это замечательное оружие.

С той поры жизнь потекла замечательно. Я училась чему хотела, жила как куртизанка, а втайне еще и фехтовала. Вечерами я любила переодеться в мужское платье и пойти гулять по городу со своим очередным любовником, а потом напасть на кого-нибудь в переулке и перебить их. Как же это было весело!

А все, кто преграждали мне дорогу, умирали от яда или клинка, а то и от обоих одновременно. Я ведь продолжала практиковаться как в фехтовании, так и в ядах — книжечка-то никуда не девалась.

Самая большая ошибка в моей жизни произошла как раз из-за ядов. Однажды, экспериментируя с составами и нагревая один препарат, я неправильно рассчитала количество ингредиентов или просто перегрела склянку, но как бы то ни было — она взорвалась, и содержимое выплеснулось мне прямо на лицо.

Я тут же смыла что могла водой, и кожу более менее спасла, но вот глаза спасти не сумела!Я стала слепой!!! О Тэус, за что мне такое наказание!

Я два дня просидела взаперти, позволяя лишь служанке войти в комнату и принести пищу, а потом вдруг обнаружила, что начинаю что-то видеть. Но нет, зрение не возвращалось ко мне. Я видела линии судьбы — то ненавистное веретено, постигать которое мне совсем не хотелось. Я видела линии, отходящие от меня в разных направлениях: кубки, мечи, монеты и жезлы, сильные и слабые.

Больше всего я обрадовалась, когда, закрыв лицо вуалью и выйдя из комнаты, я увидела скопление линий, свивавшееся в клубок, и нить жезлов тянулась ко мне. Я сразу догадалась, что это моя служанка, и заговорила с ней. Я не ошиблась! Это действительно была она!

Пусть у меня теперь не было глаз, но видеть я все еще могла — хотя бы линии. Мне совсем не хотелось уезжать из Серины, однако я прекрасно понимала, что мой отец-тиран, как только узнает о моей слепоте, вызовет меня домой, а там оказываться мне совсем не хотелось.

Я взяла с собой служанку и, придя ночью к своему любовнику, убедила его срочно бежать со мной прочь, в Монтень. Это был сущий мальчик, и сломать его сопротивление было легко. Я убила его прямо в порту, как только мы высадились в Буше. Я попросила его идти темными переулками, и в одном из них заколола его его же шпагой.

Теперь я — агент кардинала. Пусть я слепа, но по-прежнему красива и умна, и прекрасно владею двумя лучшими орудиями убийства — кинжалом и ядом. И ни один человек не сможет помешать мне взять от жизни все, что я пожелаю. Клянусь Тэусом!

© Анри Жуайез