Второй конкурс квент
Исаак «Гин ка» Рабинович
[Klugen]
источник

Родился я в Сталинграде в послевоенные годы. И до 10 лет я рос самым обыкновенным еврейским мальчиком, который мог торговать семечками на ступенях “Bank of America”, но при условии, что банк не торгует семечками, а я не даю в долг (естественно для этого я должен был родиться в США, но, ха, когда судьба была благосклонна к евреям). Родители отправили меня в музыкальную школу, учиться играть на скрипке, когда мне было 6. В общем, всё как всегда. Если бы не одно но. В 10 лет мне в руки попалась книга, которая круто изменила мою жизнь. Случилось это при тех обстоятельствах, без которых даже эта книга не смогла бы ничего изменить в моей жизни. Осенью, мальчишки из соседнего квартала, избили меня, сломали мою скрипку, и, что очень сильно обидело меня, порвали мой новенький костюмчик, который был куплен моими родителями, буквально пару недель назад. В тот день мне в руки и попала та самая книга, в которой солдат описывал бои с японцами, в которых естественно КА изображалась, как самая сильная армия на свете, а японцы жалкими существами. Но даже прочтя такой искажённый вариант правды я понял, что японцы на самом деле были храбрыми и смелыми бойцами, ведь про нас тоже много чего говорят. После этого я начал изучать всё, что было связанно с Японией. Кроме этого я начал усиленно тренироваться, и стал одним из самых сильных мальчишек нашего квартала. Вскоре я отомстил своим обидчикам…

Прошло немногим более 10 лет. Я оставаясь таким же сильным и ловким, обладающим отличным музыкальным слухом человеком (да ещё и ставшим отличным востоковедом) уехал в Израиль, где через несколько месяцев вступил в армию. В армии слыл одним из лучших бойцов на ножах, но довольно посредственным стрелком. Во время арабо-израильского произошло ужасное событие: я был ранен осколком неизвестно чего в голову. В результате я ослеп. Осколок был небольшой, поэтому и титановая пластина, которую мне воткнули на это место, тоже была небольшая, но всё равно заметной. Некоторое время я лечился в Израиле, где и узнал, что мои родители умерли, сначала отец, а потом менее чем через месяц, не выдержав горя, мать. От того, что все эти события произошли с разницей менее месяца, я, от волнения поседел. Попасть обратно в СССР не представлялось для меня возможным, и поэтому после нескольких месяцев проведённых мною в больнице, я решил отправиться в ту страну, о которой я грезил, с тех пор пока был ребёнком, в Японию…

Через несколько дней после моего прибытия произошла удивительнейшая вещь. Во сне со мной заговорил сару. Он сказал мне, что хочет узнать больше о том мире, который находится за пределами его страны, а взамен этого он обещал научить меня кобудзюцу и развить мои телекинетические способности. Для этого я должен был прибыть в провинцию Окинава. Там, в условленном месте я действительно нашёл своего сенсея. Я не могу описать его, по причине своей слепоты. Каждый наш день, равно как и этот начинался так:
— Охаё годзаймас, сенсей.
— Охаё годзаймас.
— Икага десу ка, сенсей?
— Генки десу.

И заканчивался он тоже одинаково:
— Хай, кекко десу. Кио ва коре де о-шимаи десу.
— Аригато, сенсей.
— Сайонара. Мата ашита.
— Сайонара, сенсей.

В течение многих лет я занимался со своим сенсеем. Я стал хорошим мастером кобудзюцу, конечно мне было далеко до сенсея, чей возраст превышал несколько сотен лет, и я стал хорошим биоэнергетиком. Возможно, я стал даже равен своему сенсею в этом умении. Единственное в чём я превосходил сенсея, так это умение предсказывать будущее. Мой сенсей совсем не умел делать этого. Когда я спрашивал у него, почему он не может научится этому он лишь отвечал: “Сару мо ки кара оширу”.

Однажды сенсей отослал меня на несколько дней. Я не мог понять, зачем он делает это, и благодаря, пусть и слабому, дару предсказания, я узнал, что сенсей вступит в битву. Я не знал, с кем, но я знал когда. Я ошибся в предсказании. Когда я прибыл, то сенсей лежал мёртвым, а серебряная кицуне, скрылась за поворотом. С утра я провёл необходимый ритуал погребения, и взял свою деревянную каму, которые, при помощи своих способностей, я мог сделать столь же опасными, как и их железные эквиваленты. Кицуне, являясь существом сверхестественным оставляла очень чёткую ауру, и я мог к тому же предсказать куда она двинется далее. Я отправился за ней в ту страну, из которой уехал более 20 лет назад. Россия, я еду…

Догнал я эту тварь в Челябинске. Немало пришлось помотаться за ней. Бой получился недолгим. Я застиг кицуне врасплох. Через пару минут в дверь ворвались люди. Они сказали мне, что они работают в Институте, и следят за магическим правопорядком. Они предложили мне присоединиться к ним. Я согласился, и через два года я стал начальником ячеки. Мои подчинённые относятся ко мне с любопытством. Ну а как им ещё относится к Гин ка, как меня прозвали меня за цвет волос, и в память о той самой кицуне, человеку возрастом около сорока лет, с седыми волосами до плеч, и титановой пластиной в голове, непонятно куда устремлёнными тёмными глазами и одеждой времён хиппи, у которого к тому же за поясом подобие деревянного серпа? Не будем говорить, что все они видели эту каму в действии ). Ты Евгений, который любит, что бы его звали Фенрир, хочешь знать зачем я тебе это рассказываю? Затем, что бы быть с тобой на равных. Ведь я благодаря тому терпению, которому научился за двадцать лет обучения у своего сенсея, знаю о тебе всё. Я думаю ты не знаешь японский, поэтому я пишу тебе перевод японских слов и выражений.

сару — обезьяна оборотень
кобудзюцу — японское искусство боя орудиями крестьянского труда
сенсей — учитель
кама — подобие серпа
Гин ка — серебряный

— Охаё годзаймас, сенсей. Доброе утро, учитель.
— Охаё годзаймас Доброе утро.
— Икага десу ка, сенсей? Как вы поживаете, учитель?
— Генки десу. Спасибо, хорошо.

— Хай, кекко десу. Кио ва коре де о-шимаи десу. Достаточно, на сегодня всё.
— Аригато, сенсей. Спасибо, учитель.
— Сайонара. Мата ашита. До свидания. Увидимся завтра.
— Сайонара, сенсей. До свидания, учитель.

Сару мо ки кара оширу — И обезьяны падают с деревьев. (русский вариант — Конь о четырёх ногах — и тот спотыкается)

P.S. Я жду тебя за дверью.

© Klugen