Второй конкурс квент
Железный Давид
[Анри Жуайез]
источник

Давид родился на окраине Эмпайр сити и с детства видел вокруг себя нищету, наркотики, убожество и разруху. И рядом со всем этим возвышалась вершина цивилизации — Эмпайр сити с его сияющими стеклом небоскребами и постоянно улыбающимися людьми в белых воротничках.

И как же вы думаете, что в этом мире Давид не любил больше всего? О нет, не нищету, не наркотики и даже не убожество. Он от всей души ненавидел возвышающуюся рядом жемчужину — Эмпайр сити. Но это вовсе не означает, что он был жалким отщепенцем, завидовавшим власти и богатству. Отнюдь. В свое время Давид был частью этого стеклянного мира чистоты и фальшивых улыбок, но от этого ненавидел его теперь только больше.

Когда-то он работал на корпорацию Пентагон. Корпорация занималась изготовлением высокотехнологической продукции в пяти областях: оптические системы, биосовместимые имплантанты, псевдоинтеллектуальное программное обеспечение, военные лазеры и атомная энергетика.

Давид был талантливым инженером в отделе оптических систем. В принципе, он почти постоянно работал в команде также и с Уорреном из отдела биосовместимых имплантантов, так как его основной задачей было усовершенствование глазных камер — уникального протеза для глаз, изготовляемого только корпорацией Пентагон.

До оптических систем он успел побывать и в отделе военных лазеров и даже в отделе «недоинтеллекта», как называли псевдоинтеллектуальное программное обеспечение сами программисты. Из обоих отделов его перевели довольно быстро.

В лазерах причиной был сделанный им портативный лазер, который при испытаниях чуть не убил самого Давида. К счастью, он отделался потерей правой кисти. Кисть заменили в отделе имплантантов на новенький поблескивающий хромом протез, за который Давиду пришлось отдавать почти треть своей зарплаты в течение четырех лет. Хорошо хоть, что Уоррен позаботился о тогда уже друге Давиде и установил ему действительно хорошую модель — с нею Давид мог без дополнительных инструментов делать большинство инженерных работ, да и для самозащиты такая клешня годилась как нельзя лучше. Именно за эту клешню его и прозвали Железным Давидом.

Из «недоинтеллекта» он попросил перевестись сам, поняв, что его знаний не хватает для работы на совесть (после того как созданная им система управления дверьми атаковала его же самого, а потом заблокировала управление его компьютером, и ее смогли уничтожить лишь вместе с компьютером). Его перевели с понижением — корпорация вообще не сильно заботилась о своих рабочих.

В отделе оптических систем его тоже постоянно преследовали неудачи. То линза лопалась в тот самый момент, когда его испытания новой камеры уже были практически готовы, то вместо инфракрасных лучей генератор начинал излучать ультрафиолетовые — но это все были мелочи. Самое страшное событие произошло с ним во время работы над высокочастотным светоизлучателем.

Он так увлекся работой над проектом, что в пылу работы просто не мог уже думать ни о чем кроме собственно работы, включая также и технику безопасности. Его сверхплотные очки, способные защитить глаз от любых мыслимых перепадов света, лежали на соседнем столике, когда он своей металлической клешней устанавливал линзу в излучатель, и тут сзади послышался шум. Поставленная им на край энергоблока тяжелая металлическая кружка чая упала вниз прямо на панель управления. Излучатель включился, и не успевший ничего сообразить Давид лишь таращился на линзу в течении секунды, тянувшейся для него как вечность. Вечность, наполненная страданием, вечность, после которой Давид навсегда потерял зрение.

Он был уволен из Пентагона в тот же день. Корпорации не нужны были слепые инженеры, а предоставлять Давиду одну из систем-протезов Пентагон не собирался. Эти протезные системы были чрезвычайно сложны — они состояли не только из камер, но еще и микропроцессора, обрабатывающего информацию с камер и передающего ее в мозг. Стоимость такой системы превышала сумму, которую Давид вообще мог надеяться заработать за всю свою жизнь.

Восемь месяцев Давид провел в сплошной темноте и успел возненавидеть корпорацию и весь этот мир, в котором человек использовался на всю катушку, а в случае поломки просто выбрасывался. Он даже не надеялся когда-либо снова обрести зрение, но Уоррен помог Давиду и в этот раз. Тайком проведя Давида на территорию лаборатории корпорации, он установил другу оптическую систему.

Тем не менее, злость Железного Давида на корпорацию не прошла. Он прекрасно видел, на какие ухищрения его другу пришлось пойти, чтобы оказать милосердие нуждающемуся, и он принял твердое решение бороться с несправедивостью в мире.

Первое, что он сделал после установки оптической системы — договорился с Уорреном, который, как оказалось, и сам давно уже ненавидел корпорацию, чтобы тот пропускал его раз в месяц на территорию Пентагона. В эти визиты Давид выносил редкое оборудование, которое использовал в трущобах на окраине Эмпайр сити, чтобы облегчить жизнь простым людям. Этого оборудования не хватало, и в один прекрасный день Давид с компанией единомышленников, вооружившись вынесенными в последний раз портативными лазерами, напали на отдаленный склад корпорации и вывезли практически все оборудование.

В тот день Давид и понял, что его призвание — вооруженное сопротивление системе. Действительно, со своими камерами, видящими как в темноте так и при ярком встречном свете и со своей неустающей клешней, способной держать тяжелый лазер практически вечно, он был прекрасным воином.

Теперь Давид частенько организовывал нападения на склады корпораций, и не только Пентагона, но и других. Вокруг него сплотилась целая шайка людей, ненавидящих этот стеклянно-чистый мир, как и он.

Довольно скоро Давид снова взялся за эксперименты. Его теперь звали Железным Давидом по праву: помимо клешни, он установил себе протез вместо простреленной во время нападения ноги; его грудь постоянно украшала бронированная пластина, под которой скрывалась система управления многочисленными навешанными на него лазерами и датчиками. Теперь, благодаря своим экспериментам с техникой, он не только видел в любых уловиях, но мог с огромной скоростью передвигаться на встроенных в ногу-протез колесах, фиксировать передвижения противника, автоматически определять виды используемого им оружия, состав воздуха и жидкостей и прослушивать разговоры на расстоянии до ста метров (свое ухо ему оторвало во время очередного эксперимента, и теперь вместо него стоит сверхчувствительный датчик).

Правда, последняя идея Железного Давида стоила ему немного больше чем жизни. Для управления всеми своими сверхтехнологическими приложениями, он решил спроектировать псевдоинтеллектуальную систему УМ1 и установить ее под бронепластину. И это ему удалось, однако система оказалась чрезмерно интеллектуальной. Жизнь Давида теперь — это постоянная борьба с чуждым разумом внутри себя. Когда Давид засыпает и когда он не в силах больше противиться УМ1, его шайкой руководит кибермозг, и какие цели преследует этот кибермозг — неизвестно даже самому Давиду.

© Анри Жуайез